И тогда родилось танго…


«В далекой знойной Аргентине, Где небо южное так сине, Где женщины как на картине,…», что там еще происходило? Ах, да, там все танцевали танго! И до сих пор этот танец заставляет смотреть без отрыва, как слаженно, зажигательно и замысловато двигаются танцоры. Тут никогда не угадаешь, в какой момент танцоры застынут на месте, только взгляды скрещиваются как клинки, а когда – взорвутся в неистовых движениях, словно воспламененные страстью. Причем внешне танцевальные па никогда не выходят за грань изысканной эстетики, даже смелые шпагаты партнерши не возмутят суровых ревнителей морали, настолько безупречна и выверена пластика и грация партнеров. А ведь первоначально на грани XIX и XX века в предместьях Буэнос-Айреса танцевала пара мужчин, соперничая в танце за одну возлюбленную или просто за женское внимание. Лишь позднее женщины стали принимать участие в танце, а сам танец стал выражать все оттенки возникновения чувства, его развития, где каждый поворот головы или жест руки, плеча, бедра говорили больше о взаимоотношениях пары, чем многочасовые разговоры. Движения в танго поражали своею чувственностью и первоначально исполнялись в борделях, вот почему рафинированная парижская знать в ужасе зажмуривали глаза, а представители католической церкви гневно обличали танго, называя его «бесстыжим танцем»» и угрожая отлучением правоверным католикам за интерес к бесовским забавам. Прошли десятилетия, страсти улеглись, танго стал считаться бальным танцем, многие композиторы считают за честь для себя написать свою мелодию для танго, чтобы отщипнуть хотя бы пару лавровых листиков из венка композитора и певца Карлоса Гарделя, еще при жизни ставшего легендой Аргентины. Всем же прочим остается только побывать в Аргентине, где на многих улицах больших городов есть традиция — танцевать танго по вечерам, чтобы сидящие за столиками кафе могли полюбоваться красотой и совершенством гармонии, ставшей достоянием народа.