О чем умолчала Шезерезада


Когда приходит пора, и вместо сказок дети начинают читать фэнтези, то для них открываются новые миры, новые легенды, новые фантастические сюжеты. А раньше как оно было? Что, сразу после «Приключений Буратино» дети начинали читать «Войну и мир» или «Отцы и дети»? Вы не поверите, но было в отечественной литературе настоящее фэнтези, причем написано в 30-е годы ХХ века. Впервые же история увидела свет в 1938 году, причем печаталась тогда она по главам в газете «Пионерская правда». Правда, автор Лазарь Лагин позаимствовал идею у английского писателя Ф. Энсти, который написал роман «Медный кувшин» (англ. The Brass Bottle) еще в 1900 году. Но поскольку все события, описанные в романе, происходили в Лондоне, где молодой архитектор Гораций Вентимор выпускает на волю из медного кувшина джинна Факраша-эль-Аамаша, заточённого туда царем Соломоном, то Лазарю Лагину пришлось перенести действие в Советский Союз. По законам того времени, главный герой — пионер Волька Костыльков, а джинн Гассан Абдурахман ибн Хоттаб стал его помощником и другом после многочисленных и забавных приключений. Автор, конечно, постарался извлечь массу смешных и забавных происшествий из такого сюжета — тут вам и маскировка джинна в квартире, и сдача экзамена по географии, где бедному Вольке приходится излагать (на потеху одноклассникам) географические познания трехтысячелетней давности, и появление бороды у 10-летнего мальчика, чтобы попасть на вечерний сеанс в кино! Нынешним детям даже в голову не придет, что когда-то детей не пускали в кинотеатры не только на фильмы с пометкой «Детям до 16 лет», но и на вечерние сеансы. Телепортация лучшего друга в Индию и его последующее спасение с путешествием на ковре-самолете — ну, тут уже автор использовал традиции русских народных сказок. Финал был вполне в духе того времени — старик Хоттабыч настолько увлекся радиолюбительством, что даже начал искать работу, правда, безуспешно — кто ж рискнет зачислить в штат сотрудника, у которого в графе возраст написано «3732 года и 5 месяцев». Так что чудеса, подобные тем, что случались в эпопее «1001 ночи», вполне могла происходить и в других странах. Литературно, конечно. Правда, Шехерезада об этом ни словом не обмолвилась.